Рыба "с колес", часть II. Импортеры

В «АЭ» №2/2005 мы рассказывали, как экзотическую аквариумную рыбу, выловленную в природных водоемах или выращенную в промышленных прудовых хозяйствах, содержат азиатские, африканские и южноамериканские импортеры, и в каких условиях эта рыба транспортируется до мест ее получения. На этот раз мы попробуем посмотреть на эту цепочку с другого конца, со стороны наших импортеров. Как они получают рыбу, и что с ней делают здесь, в России. А так же рассмотрим последствия их трудов.

Подавляющее большинство рыбы, попадающей в наши аквариумы, завозится из стран Юго-Восточной Азии. Если несколько лет назад пальма первенства в этих поставках безоговорочно принадлежала Малайзии, то сегодня эта страна, на территории которой сосредоточено больше всего крупных рыбоводческих хозяйств, уступает свои позиции, и теперь в лидеры по поставкам в Россию выбивается Сингапур. Правда, это только временный процесс. Впрочем, с точки зрения здоровья и качества поступающей рыбы это мало что меняет. Мало того, что рыба из Сингапура ничуть не менее инфицирована, чем малайзийская. Поставщики из Сингапура еще и умудряются экономить на пресной воде. Вернее наши отечественные импортеры подвигли их на это. Ведь чем меньше воды в пакетах, тем ниже себестоимость рыбы. Дело в том, что такие позиции как, например, Акулий балу в размере 3-3,5 см стоит в странах Азии 10-15 центов, а его перевозка удваивает его себестоимость. Помимо, накладываются затраты на таможню, прочие затраты и налоги, конечно кто их платит. Каждый килограмм веса прибавляет к себестоимости по 5-10 долларов. Естественно, что эти деньги некоторые отечественные импортеры желают сэкономить. Поэтому они просят своих экспортеров минимизировать объем воды. Зачастую в пакетах с рыбой, прилетающих из этого островного города-государства, масса воды меньше, чем масса «живого товара». Вот один из характерных примеров. Красный попугай («Red Parrot»). В пакетах копошится живая оранжевая масса рыбы, бока которой слегка прикрыты водой. Специально измерял: на 18 «попугаев» размером 7-8 см сингапурцы заливают 1,2-1,3 литра воды! Конечно, при такой «сухой» упаковке в пакеты добавляют значительные дозы транквилизаторов, но рыба приходит сильно отравленная азотистыми соединениями, проще говоря, они травятся в своих собственных испражнениях. Выхаживать рыбу после такой транспортировки — задача нетривиальная, могут быть последствия спустя 3-4 дня, но мы с ней успешно справляемся. Ну ладно попугай — она рыба «дубовая», с ней этот фокус, в плане объема воды проходит, но такое не вся рыба выдержит. Хотя, если рейс немного задержался, или возникли затруднения на таможне, где все время «зависают» компьютеры, — с большинством видов сингапурской рыбы появляются серьезные проблемы. Есть и такие виды, например, как барбус Дениссони, которые в принципе плохо воспринимают транквилизаторы и требуют в 2-3 раза больше воды во время транспортировки, нежели многие другие виды. Это очень стрессовые виды. Обмен веществ у таких рыб замедляется ненамного, и в результате отравления аммиаком и нитритами в пути погибает каждая четвертая-пятая рыбка. А иногда результаты отравления сказываются спустя даже через месяц. Многие регионы, получая Дениссони с «колес» теряют все, либо сразу, либо спустя неделю. Помните, подтравленная рыба имеет ослабленный иммунитет, поэтому она может погибнуть не только от всевозможных болезней, развитие которых ускоряется при ослабленном иммунитете, но и от нарушения обменных процессов, которые подчас необратимы.

Прибывшая из Азии рыба поступает в крупные и мелкие карантинные хозяйства, которых в Москве и области около десятка, а уже оттуда распределяется по оптовикам, в регионы, на московский птичий рынок и в магазины. Теоретически, основная задача карантинных хозяйств — производить на своей базе лечение, передержку и адаптацию прибывшей в страну импортной рыбы, прежде чем пускать ее в дальнейший коммерческий оборот. Практически же этим «утруждает» себя не более трех из десяти карантинных баз. С остальных же поступившая больная, отравленная, стрессованная рыба сразу же уходит оптовикам, часть — по регионам, а большинство (до 80 %!) поступает прямиком на московский Птичий рынок, который тоже является фактически мощной оптовой «базой» страны.

Вместо того, чтобы взять заботу о здоровье прибывшей рыбы на себя, крупные импортеры фактически перекладывают эти проблемы на плечи оптовых и розничных торговцев, которые не умеют этого делать, не обладают необходимыми биологическими и прочими знаниями, и, что еще хуже, хорошо понимают, что рыба, полученная «с колес», погибнет через несколько дней в аквариумах у конечных покупателей — аквариумистов-любителей, попутно доставив в их аквариум букет тропических заболеваний и паразитов, которые в последствии еще натворят много бед даже со здоровой рыбой.

Карантинные передержечные хозяйства (а все они обязаны проходить государственную ветеринарную аттестацию и лицензирование), в семи случаях из десяти идут на прямой подлог соответствующих ветеринарных документов, «благо» справку о том, что рыба прошла государственный ветеринарный осмотр и здорова можно купить у нечистых на руку чиновников за смешные деньги (около 1% стоимости рыбы), вообще не предъявляя ее к осмотру.

Результат: возбудители болезней кочуют из хозяйства в хозяйство, мутируют, приобретают (из-за неверно назначенных или незавершенных курсов лечения) устойчивость к фармацевтическим препаратам.

Не лучше себя ведут и розничные продавцы, на тех же «Птичьих» рынках. Прекрасно понимая, что приобрели рыбу «с колес», которая по большей части без лечения обречена на скорую гибель, они стремятся как можно быстрее от нее избавиться, продав с минимальной прибылью (иногда — всего 5-10 %), большая часть которой уходит на аренду торгового места и «съедается» падежом рыбы. Будете на «Птичке» — загляните под прилавок. Количество валяющихся там рыбьих трупиков приведет вас в ужас! Торговля «с колес» и запредельно жесткая конкуренция между рыночными продавцами приводит к тому, что этот бизнес не только не приносит им достаточного для выживания дохода, но и, напротив, разоряет многих из них. Немало продавцов Птичьего рынка сидят в финансовой кабале у некоторых наших импортеров, вынужденные брать у них все новую рыбу, чтобы погасить старые долги...

Многие из нас еще очень хорошо помнят Калитниковский Птичий рынок советских времен. Тогда это был своеобразный клуб по интересам, центр общения аквариумистов, источник интересной информации и новых знаний. Основную массу продавцов на той, старой «Птичке» составляли аквариумисты-рыборазводчики, хоббисты, по собственной инициативе проводившие научные исследования и открывавшие способы разведения различных видов рыб. Продолжая полуторавековые традиции российской аквариумистики, они не только преумножали славу русских рыборазводчиков, но и несли увлечение аквариумом в массы. В начале 90-х, когда все рушилось, европейские фирмы за гроши скупали уникальные технологии по разведению многих видов рыб, которых разводили только наши, лучшие в мире разводчики. Многие из них спились, ушли в себя, да и просто были вытеснены с рынка более ловкими и наглыми дельцами без принципов и совести. В своем журнале мы обязательно будем знакомить вас, наших читателей с такими людьми и их работами.

Сегодня Птичий рынок — это полная противоположность былому. Среди продавцов практически не осталось аквариумистов, разводящих рыбу самостоятельно. Большинство тех, кого мы видим сегодня за прилавком — это перекупщики, не имеющие никакого понятия о тех видах, которыми они торгуют. Разводная рыба на московском Птичьем рынке составляет не более 20 %, а остальные 80 % — это импорт, причем практически весь — «с колес». Печально, но эта негативная тенденция распространяется и на регионы. В Ростове, Волгограде, Саратове, Казани, во множестве других российских областных центров, не так давно славных собственными традициями аквариумного рыбоводства, на местные рынки также идет в наступление агрессивная волна дешевого больного импорта, вытесняя с рынков дедушек-рыбоводов с рыбой собственного разведения, а так же продавцов с качественной и потому более дорогой рыбой. Однако, и это еще не самое страшное. К великому сожалению, благодаря массовой антисанитарии на рынках, возбудители тропических болезней, в том числе и самые страшные — ихтиоспоридии и другие — попадают и в хозяйства традиционных разводчиков. Время от времени разводчики вынуждены «обновлять кровь», привносить в свои разводни новых производителей. Вот тут-то их и подстерегает страшная опасность! Мне известно уже много случаев, когда хозяйства опытнейших мастеров аквариумного рыбоводства, десятилетиями успешно занимающихся этим делом, вымирали буквально за неделю-другую полностью от возбудителей, принесенных с Птичьего рынка. В результате нечистоплотность импортеров убивает саму традицию отечественной аквариумистики.

Не лучше обстоят дела и в зоомагазинах. Многие из них привыкли закупать рыбу на «Птичке», привыкли еще с 1980-х годов, когда это можно было делать вполне безопасно, соблюдая лишь обычные в таких случаях карантинные и санитарно-гигиенические мероприятия. Сегодня все изменилось! Зачастую привезенная с рынка рыба, позавчера прилетевшая откуда-нибудь с другого конца планеты, несет в себе такую заразу, которая способна в несколько дней «положить» весь зоомагазин. Эти приводит к тому, что владельцы зоомагазинов нередко вынуждены либо вовсе отказаться от торговли аквариумными рыбами, либо прекратить работать с привозными (импортными) и новыми видами, ограничив ассортимент только «живородкой» и лабиринтовыми, которые приносят в магазин окрестные разводчики-любители. А за последний год-два и эти группы рыб генетически выродились из-за многолетнего инбридинга (скрещивания между собой близкородственных особей). Все меньше становится качественных, правильных форм и крепких скалярий, барбусов и прочих. В результате страдают конечные покупатели, аквариумисты-любители, которые не имеют возможности купить в магазине интересующую их рыбу, и вынуждены брать ее на рынке. Там то ассортимент гораздо шире, нежели в любом магазине. А чем это кончается — мы с вами уже рассмотрели. Как же разорвать этот порочный круг? Что делать, чтобы аквариумисты-любители могли, как и прежде, без опаски покупать рыбу, приобретать в том числе и новые, интересные виды? Мне видится три направления, в которых необходимо вести работу. Первое — это разъяснительная, пропагандистская работа, которой мы и занимаемся. Второе — повышение грамотности и профессионализма карантинных и оптовых хозяйств, привлечение к их работе профессиональных, опытных специалистов — ихтиологов, ихтиопатологов, ветеринаров, хотя это не просто, да и таких специалистов единицы. Конечно, для этого сначала надо создать школы, либо курсы по подготовке таких профессионалов. Наверное, нам придется взвалить на себя и эту ношу. Третье — это законодательная база, которая должна обязать импортеров заниматься своими прямыми и непосредственными обязанностями, т.е., получая из-за границы рыбу, пролечивать и карантинировать ее до полностью здорового, адаптированного к местным условиям состояния. Рыборазводни, оптовые базы, карантинные хозяйства должны быть лицензированы и аттестованы в государственных ветеринарных службах, их профессиональная пригодность должна быть подтверждена документально, а их работа должна регулярно проверяться и контролироваться профессиональными экспертами. В некоторых зарубежных странах дело поставлено уже именно таким образом, и результат не замедлил сказаться. Пора и нам перенять этот положительный опыт. Давайте вместе строить и создавать, а не разрушать, давайте восстанавливать былое.

Пишите и звоните нам в редакцию, как лично вы относитесь к этой теме и какие пути решения данной проблемы вы видите.

Добавить комментарий