Приключения террариумистки в горах Камбоджи

Решение отправиться в страну, само название которой вызывает удивление, было довольно спонтанным и импульсивным. Однажды, в гостях у коллеги по увлечению террариумом я услышала увлекательный рассказ о жизни в этой экзотической стране. Рассказчик прожил там около года и успел объездить изрядную ее часть. Яркие, полные света и буйства природы фотографии меня окончательно «добили».

Страсть к приключениям, почти заснувшая за последние годы, практически безвылазно проведенные в офисе, мгновенно проснулась и потребовала решительных действий. Попытки найти какую-либо информацию в Интернете свелись к чтению историй, опубликованных редкими туристами и сугубо официальной информации. Камбоджа, Кампучия, Кампонг-Саом, Сиемриеп, Пном-Бокор, Ронг — теперь эти названия навевают воспоминания о теплом океане, улыбчивых туземцах-кхмерах, загадочной древней культуре, подхихикивающих исподтишка ночных гекконах, поющих на разные голоса лягушках, цветущих лотосах и бугенвилеях и очень сладкой кока-коле. А тогда: Тогда мы ехали абсолютно неизвестно куда, не зная про Камбоджу практически ничего.

Прямых рейсов на Пном-Пень из Москвы нет, пересадку мы делали в Бангкоке. После студеной московской зимы атмосфера ночной столицы Камбоджи в прямом смысле заставила вспотеть. Ощущение сравнимо лишь с посещением парилки русской бани после мороза. А запах: А звуки: Щелкают гекконы, бегая по потолку, шелестят листья пальм, поют цикады — и все это неотделимо от сладкого запаха цветов и зрелых фруктов, прелой листвы и влаги. Потрясающе! Но это было только начало...

Наш путь лежал в заросшие густыми джунглями камбоджийские горы, где мы намеревались покорить, пожалуй, один из самых необычных в мире горных спусков, наблюдая по дороге местный животный и растительный мир. Но прежде всего нам предстояла подготовка и акклиматизация, три дня интенсивных тренировок на учебной базе. Вы когда-нибудь пробовали, одевшись в плотную одежду с длинным рукавом заниматься интенсивными физическими упражнениями в жарко натопленной бане? Я до этого тоже не пробовала. Оказалось, в каждом человеке есть скрытые резервы. Ой, как пригодились мне и моим друзьям эти самые резервы в диких камбоджийских горах! Вот странички из моего дневника, описывающие два самых насыщенных дня из нашего камбоджийского путешествия.

1080 м над уровнем моря. Здесь, на километровой высоте, относительно прохладно. Горный климат тут практически идеален для европейца. Недаром камбоджийские короли во все времена избирали здешний дворец в качестве летней резиденции, а французы во времена, когда Камбоджа была их колонией, выбрали это плато для строительства роскошного фешенебельного курорта. Сейчас здесь одни развалины, царство ветра и калотов — вездесущих местных агам. Их тут, пожалуй, больше, чем кого бы то ни было. На каждом хоть немного возвышающемся над окружающим пейзажем предмете, с которого открывается обзор — сидит любопытная колючая башка, с интересом рассматривающая нечасто забредающих сюда людей. Изредка приходят дикие слоны и начисто распугивают немногочисленных оставшихся местных жителей. Горные кхмеры, которых в этих местах осталось очень мало, народ на удивление невозмутимый, и, кажется, пребывающий в постоянной медитации. На вопрос, почему они не выращивают ничего съедобного, и живут впроголодь на такой плодородной земле — спокойно отвечают: «Все равно все съедят и растопчут дикие слоны, да еще и нас невзначай поубивают». Наш оператор (он в этих местах во второй раз) проверяет аппаратуру и в последний раз пугает меня, как единственную девушку в группе, рассказами об ужасах кампучийских джунглей. Я пугаюсь, но отступить, проехав полмира и уже стоя на краю бездонной пропасти, не могу.

900 м над уровнем моря. Пройдя первую отвесную отрицательную стенку высотой 35 метров, понимаем, что дороги назад нет. Совсем нет: назад уже не взобраться. Жарко, влажно и душно. За плечами тяжелый рюкзак с запасом воды на трое суток, на шее болтается фотокамера, поверх плотного костюма, необходимого для защиты от вездесущих пиявок, надета альпинистская обвязка. В общем, жизнь не сахар, а скорее соль, так как по лицу постоянно течет пот, на который слетаются тропические осы, ловко собирающие эту самую остродефицитную в джунглях соль прямо с тебя. Осы явно не понимают, почему этот странный источник соли все время куда-то движется, и в приступе раздражения пытаются укусить. Иногда им это удается, и тогда на месте укуса вздувается огромный волдырь. В условиях влажных тропиков любая потертость, царапина или укус моментально воспаляется и превращается в серьезную проблему. Одному из членов нашей группы не повезло: укушенная непонятно кем рука воспалилась, раздулась, и стала вдвое толще другой. По сравнению с ним остальные чувствуют себя просто потрясающе. Вокруг огромное количество всевозможных лиан, орхидей и других эпифитов, облепивших стволы деревьев, камни и прочие подходящие и не очень подходящие поверхности.

890 м над уровнем моря. Заросший, каменистый склон горы. Под нами далеко внизу — море. Оно хорошо просматривается на обрывистых террасах сквозь редкие облачка, тихо проплывающие чуть ниже нас. В бинокль можно рассмотреть детишек, плещущихся у берега. Грязные и усталые, мы им искренне завидуем, и уже мечтаем, как окунемся в прохладные соленые волны. На фоне деревьев парами летают птицы-носороги. Где-то внизу слышан рев дикого слона. Очень надеемся, что когда мы спустимся, он будет гулять в стороне от нашего пути. Вокруг — необыкновенная красота! Джунгли, если глядеть на них сверху, также напоминают море. Выйдя к месту недавнего обвала, начинаем представлять, что творится здесь в сезон ливней, когда вода двигает и рушит такие глыбы. Очень надеемся, что высота обрыва, по которому нам предстоит спуститься, не превышает длины веревок.

800 м над уровнем моря. Быстро темнеет. Потрясающий закат невозможно сфотографировать из-за густой растительности. Пока поняли, что начало темнеть, стемнело совсем. Это не мы такие тугодумы, а просто фаза сумерек почти совсем отсутствует. Только что был солнечный день — и через пять минут наступает кромешная тьма. Вяжем гамаки практически на 50-градусном склоне в полной темноте. Ощущение, что окружающий мир встал на дыбы. Упавшая случайно банка консервов без остановки с грохотом скатывается в неизвестность. Передвигаться возможно только на четвереньках. Наконец, забираемся в гамаки. Ночью вокруг явно ходит какой-то хищник: хрустят крупные ветки, доносится тяжелый запах крупного плотоядного животного. А в рюкзаках пытаются хозяйничать местные зеленые крысы. Любой съедобный кусочек, упав на землю, мгновенно становится добычей полчищ муравьев. Удачливые добытчики подтягивают новые и новые легионы. Понимаем, почему бывалые люди говорили, что самый страшный хищник джунглей — это именно они: красные, коричневые, почти белые, зеленоватые, черные, с голубоватым отливом муравьи и термиты размером от 1 мм до почти 2 см. Нас они тоже пытаются попробовать на вкус. Еле отбились! Обувь, одежду и все вещи развешиваем на тонких ветках, затрудняя доступ к ним вездесущих насекомых. В общем, ночь посвящена не столько отдыху, сколько борьбе с превосходящими силами шестилапых противников:

780 м над уровнем моря. Стартовав с рассветом, наблюдаем облака у нас под ногами и яркое солнце над головой. Вокруг истошно вопят и сотрясают деревья обезьяны. Цикады оглушают настолько, что появляется навязчивая идея переловить всех до одной и долго орать им в ухо.

700 м над уровнем моря. Спустились до уровня облаков и постоянно идем словно в густом тумане. Растительность вокруг опять сменилась. В этом поясе — мокро, душно, в листовой подстилке кишит различная мелкая живность. Постоянно перекликаются птицы-носороги и гудят опереньем, с беспокойством пролетая над самыми нашими головами: явно где-то близко их гнездо. К постоянной жажде мы уже привыкли, но запасы воды тают с катастрофической быстротой. Несмотря на усталость и немалые физические нагрузки, есть не хочется совсем. У большинства открывается второе дыхание, у кого-то еще не растрачено первое. Кругом всевозможные орхидеи, папоротники и мхи. Красное дерево — основная лесообразующая порода. Природа настолько девственна и нетронута, что начинаем понимать: возможно, за последние пару тысяч лет мы — первые люди, ступившие на этот уступ. Без альпинистского снаряжения сюда не добраться. У местных жителей его нет и никогда не было. Да не пойдут они сюда, так как по местным поверьям на этом вертикальном склоне живут злые духи.

500 м над уровнем моря. Теперь облака уже у нас над головой, а под ногами начинает прорисовываться русло будущей речки, где мы надеемся пополнить быстро тающие запасы воды. Все отмечают интересный факт субъективного восприятия веса рюкзаков — несмотря на объективное снижение веса (воду-то мы почти выпили, а продукты съели) кажется, что вес рюкзаков неизменен.

400-300 м над уровнем моря. Начинается пологая часть склона. Сильно меняется растительность. Начинают попадаться следы человеческой деятельности: пеньки, оставшиеся после вырубок. Русло речки видно отчетливо, но воды в нем пока нет. Тут намного жарче, чем наверху. Пот течет ручьем. Подлесок становится гуще и мешает идти. То тут то там попадаются пальмовые белки, змеи, ящерицы, палочники и редкие листовидные кузнечики.

200 м над уровнем моря. Снова быстро темнеет. Искать место для стоянки и ужинать сил нет, вешаем гамаки практически на тропе. Как легли, как уснули — не помню. Даже если вокруг и ходили толпы каких-то зверей, мы этого не слышали.

180 м над уровнем моря. Просыпаемся и вылезаем из гамаков с большим трудом. Неистребимое желание почистить зубы и умыться — пережиток оставшейся где-то далеко цивилизации. Выходим на извилистую тропу и задаемся вопросом: а собственно в какую сторону по ней идти. В одну сторону, как поведал нам проводник, — неразминированное минное поле, оставшееся с недавней войны, где на прошлой неделе подорвалась очередная корова. В другую сторону — деревня. Вот только что с какой стороны? Проводник выглядит явно неуверенным, а нам очень не хочется ошибиться. В конце концов полагаемся на удачу, и смело выбираем одно из двух направлений.

100 м над уровнем моря. Выходим к речке, а это значит что на тропе мы пошли в правильную сторону. Переправляемся на другой берег. Проводник уверяет, что крокодилов тут нет. Верим ему, так как другого выхода все равно не остается. Переправа напоминает купание в аквариуме — вокруг плавают стаи барбусов и прочей легко узнаваемой аквариумной рыбешки. Местный паренек вытаскивает рыболовную сеть и с гордостью показывает нам изрядных размеров (300-600 г) акульих барбусов и, что удивительно, каких-то цихлид.

50 м над уровнем моря. Входим, наконец, в деревню. Местная лавка. Хозяйка лавки быстро поняла бесполезность подсчетов мгновенно расхватываемого голодными и страждущими путниками товара и после недолгих причитаний занялась более целесообразным подсчетом остающихся после нас банок, бутылок, кокосов, чашек и пакетиков. Пока ждем машину, которая отвезет нас обратно в отель фотографируемся в разных позах на фоне вершины, откуда спустились и наблюдаем огромные стаи икромечущих карпозубых, плавающих в заводи, являющейся по совместительству деревенской помойкой. Рыбок сложно даже разглядеть из-за плавающего мусора и мутной воды, не говоря уж о том, чтобы попытаться определить, к какому виду они относятся.

Через 3 часа в отеле “Snake House”. Над уровнем моря наверно метров 10-15, измерять точно уже не интересно, да и незачем. Наше приключение заняло 48 часов. Цель достигнута: с горы мы спустились. Честно говоря, больше подходит слово «скатились», так как вертикальные стенки обильно чередовались с крутыми осыпями и скорость нашего передвижения иногда мало отличалась от скорости свободного падения. Еще через 4 часа, отмывшись, напившись, и наконец переодевшись в чистое все участники вылазки собираются под крышей гостеприимного ресторана и начинают планировать следующий поход. А это — лучшее подтверждение того, что приключение удалось на все 1000%!

Автор и редакция выражают благодарность Ивану Аринину (Тульский зооэкзотариум) за определение видовой принадлежности камбоджийских лягушек, фотографии которых использованы в материале.

Добавить комментарий