Аквариумистика в Бразилии

В прошлый раз (См. журнал “Aquarium Magazine” № 3(8) за 2005 год.) я рассказал вам о поездке по Перу. Теперь переместимся ниже по течению Амазонки — в Бразилию и посмотрим, как ловят и готовят к экспорту аквариумную рыбу в этой стране.

Резко контрастируя с Перу, Бразилия поражает своим размахом. Огромная страна, очень экономически развитая, с современной промышленностью и немалыми объемами инвестиций. К сожалению, бурное экономическое развитие имеет и свои отрицательные стороны: идет довольно массовая вырубка девственных лесов Амазонской сельвы, в первую очередь на стройматериалы. Впрочем, есть надежда, что это все издержки нынешнего этапа развития национальной экономики: пройдет несколько лет, и массовые вырубки прекратятся. Кстати, в Бразилии строят космодром, и скоро она станет космической державой. Экономический центр Бразилии — город Сан-Паулу. Это огромный мегаполис, в котором проживает более 25 миллионов человек. Небоскребы, европейский темп жизни, автомобильные пробки... Цены при этом очень низкие, на восемь долларов в ресторане можно объесться. Климат там странный: суточные изменения погоды были одинаковые, повторяющиеся изо дня в день. Шесть утра — свежо, прохладно, небо ярко-синее... К полудню — жарко. Потом, к обеду, набегают тучи, и с трех до шести часов идет дождь. А в семь часов вечера резко темнеет и наступает ночь.

Если в Перу основной центр, куда стекается пойманная в сельве рыба — Икитос, то в Бразилии это — Манаус. Это крупный город, который традиционно называют столицей Амазонии, с современной городской инфраструктурой: театрами и храмами, интернетом и автосервисами. Основу населения Манауса составляют европейцы, приехавшие в Амазонию еще в тридцатые годы прошлого столетия. Аквариумным бизнесом в Манаусе занимаются в основном потомки выходцев из Европы.

Непосредственно ловят рыбу в Амазонии местные жители, которые работают по контракту: в Манаусе фирма их нанимает, выделяет территорию и время, в течение которого эту территорию надо облавливать. Сами ловцы в ихтиологии, конечно, не разбираются, и ловят все, что попадается. Улов сортируют и отсеивают специальные люди «наверху», т.е. в Манаусе. Уже через 16 часов после вылова отсортированная и упакованная рыба прилетает самолетом в Сан-Паулу. Там ее передерживают, перепаковывают и уже после этого рассылают по всему миру.

Если в Перу, в Икитосе, поставкой аквариумной рыбы занимаются всего две или три фирмы, то в Манаусе таких фирм гораздо больше, и дело в них поставлено не в пример лучше. Оно и понятно: в Бразилии этим бизнесом занимаются в основном педантичные и аккуратные немцы, выходцы из Германии и Австрии. Руководители бразильских аквариумных фирм — сами аквариумисты, занимающиеся аквариумистикой многие годы и разбирающиеся в том, что делают. Я уже рассказывал, что в Перу существует поверье, блокирующее развитие любительской аквариумистики: там считается, что рыба в доме — к несчастью. В Бразилии все наоборот: рыба в доме очень даже приветствуется.

Однако вернемся в Манаус и посмотрим, как же происходит амазонская «рыбалка». Лодка с нанятыми ловцами выходит из Манауса (под контролем полицейских служб), приходит на место, и в течение пяти дней они ловят рыбу в Амазонке. Глубина в местах лова, как правило, около 10-15 метров, течение довольно сильное. Снаряжение ловца — акваланг и фонарик. Видимость под водой практически нулевая. Внизу, под водой — всегда ночь. Так, с аквалангом и фонариками, ловят лорикарид. Ловцы примерно знают, где какие рыбы водятся, какого размера. Конечно же, они не знают видовых названий или каталожных номеров, но им это и не нужно: сортировка в их обязанности не входит. Аквалангисты ныряют на дно, быстро собирают там этих сомиков, складывают их в пакеты на поясе и быстро всплывают на поверхность. О том, что такое декомпрессия, как надо правильно подниматься с глубины, чтобы избежать кессонной болезни — они там понятия не имеют. В результате от кессонной болезни гибнет не только рыба — умирают или становятся инвалидами сами ловцы. Попытки им объяснить, как правильно подниматься с глубины, чтобы не получить таких последствий, натыкаются на непонимание, их предел мышления: «Сосед быстрее наловил — он больше заработает. Значит, надо нырять быстрее». То, что надо заботиться о собственном здоровье и как это надо делать — им непонятно.

Основная специализация бразильских экспортных компаний — лорикариды. Они относятся к этим рыбам с немецкой дотошностью и щепетильностью, очень внимательно определяют каждый пойманный экземпляр. Свежий каталог “Aqualog” по лорикаридам — настольная книга в каждой фирме. Помимо лорикариевых, Бразилия экспортирует коридорасов, дискусов, пимелодусов, альтумов, различную харациновую рыбу, в том числе красного неона. Из цихлид Бразилия поставляет геофагусов, шашечную креникару, некоторые виды апистограмм, в массовом количестве — Microgeophagus ramirezi (золотистая и голубая формы). Есть креницихлы, правда, только крупные, карликовых видов я там не видел.

Пресноводных скатов из Бразилии не везут, только из Перу и Колумбии. Бразильские виды скатов очень сложны в перевозке, плохо переносят транспортировку, много их гибнет по дороге. Кроме того — в Германии и Азии уже успешно разводят бразильских пресноводных скатов, и сложности с их перевозкой стали абсолютно невыгодны. Скат — рыба специфическая, в процессе транспортировки очень сильно снижающая рН транспортировочной воды своими выделениями и зачастую гибнущая от кислотного отравления. Существует также проблема шипа: при транспортировке на шип надевают полимерный кембрик, который сжимает шип и вызывает у ската рефлекс выделения яда. В результате яд постоянно выделяется и отравляет воду.

Кроме пресноводной, Бразилия экспортирует и морскую рыбу, которая ловится аквалангистами из местного населения по всему побережью Бразилии точно таким же образом, как и пресная.

Что интересно, практически никто в Бразилии не занимается в каких-то значимых объемах сбором и поставками водных растений. И даже в местном зоомагазине я не видел, чтобы ими торговали. Все-таки растения, даже южноамериканские, на рынок поступают в основном из Азии. В Америке их находят и исследуют, а выращивают в промышленных масштабах — все-таки в Азии.

Живородящих карпозубых в Бразилии не ловят, и ими никто не занимается, хотя там и водится ряд видов этих рыб. Дикие гуппи, как и в Перу, в Бразилии плавают повсюду, в каждой луже. Это простая серенькая рыбка, очень сильно отличающаяся от тех породистых экземпляров, которые мы привыкли видеть.

Отдельно хотелось бы коснуться Hypancistrus zebra (L 46). В последнее время на аквариумных форумах и конференциях в интернете пронесся слух, что этот вид якобы исчез в природе. Я специально интересовался этим вопросом и могу с уверенностью сказать: это не так. Просто эта рыба водится на еще большей глубине, чем остальные лорикариды. Ее действительно осталось в природе очень мало, но она есть, и в количестве, достаточном для восстановления популяции. Однако этот вид действительно нуждается в охране. В Бразилии это понимают, и недавно был издан закон об ограничении вылова этой рыбы, за нарушение которого могут посадить в тюрьму. Те гипанциструсы, которые сейчас попадают, например, в рыботорговые компании Германии и других европейских стран — это все сплошь контрабанда, переправляемая через границу Бразилии под угрозой тюремного заключения. Именно поэтому они приходят в таком плохом состоянии.

Еще один проблемный бразильский аквариумный вид — Pterophyllum altum. Он водится в достаточно отдаленных районах, ловить его весьма тяжело, и кроме того, вылов его находится под серьезным контролем. Государство регулирует квоты на вылов таких редких рыб, чтобы избежать их тотального уничтожения в природе, как это уже произошло, например, с голубоглазым панаком. Сейчас Бразилия не дает квот на вылов альтума и гипанциструса зебры с тем, чтобы эти рыбы восстановили численность популяций. Кроме того, альтум — это рыба «сезонная». Ловить на экспорт удобно только подростков, диаметр тела которых не превышает 3-4 сантиметров. Рыба эта быстро растет, и подростки соответствующего «калибра» присутствуют в природных ареалах только три месяца, с сентября по ноябрь.

В Бразилии есть ферма, где разводят альтумов в аквариумах. Фотографировать там, к сожалению, нельзя, но само разведение альтумов я видел собственными глазами. Вопреки утверждениям наших «знатоков», альтум вовсе не приносит по 2000 икринок, а реально мечет меньше, чем простая скалярия: от 50 до 100 икринок, из которых выживает около половины. Поэтому сколько бы их ни разводила эта ферма, невозможно только разводным альтумом покрыть потребности экспорта. Кроме того, сам процесс разведения довольно сложен. Разводят их в маленьких, по 60 литров, аквариумах. Альтум начинает метать с восьмимесячного возраста, и первые нересты бывают самыми продуктивными. Пара отходит так же, как и у обыкновенных скалярий, субстратом для нереста служит большой лист растения. Есть, разумеется, свои сложности и хитрости, но основные принципы разведения такие же, как у скалярий. При этом альтум намного более требователен к точности имитации природных явлений для нереста. Думаю, что это связано с диким происхождением рыбы: когда во времена Н.Ф. Золотницкого разводили первых скалярий, трудностей с ними было не меньше.

Но вообще рыбу в Бразилии практически не разводят, за исключением популярных массовых видов — барбусов, данио, скалярий и прочего ширпотреба. Местную же рыбу всегда проще выловить, чем развести.

К сожалению, наш визит в Бразилию был достаточно краток, пора было отправляться дальше — в Колумбию. О том, что ждало нас в этой интереснейшей стране, мы расскажем в следующем репортаже.

Добавить комментарий